|
АМБРОЗ БИРС
В ОБЛАСТИ НЕРЕАЛЬНОГО
Глава 1
Часть пути между Ньюкаслом и Обурном проходит по дну ущелья. Дорога, тянущаяся сначала по левому, а затем по правому берегу реки, в одном месте вырублена прямо в крутом горном склоне, в другом - выложена из валунов, поднятых с речного ложа старателями. Горы поросли лесом, ущелье извилистое. В темноте нужно быть очень внимательным, чтобы не съехать в воду. Тот памятный мне вечер был безлунным; река, вздувшаяся после недавней грозы, превратилась в бурный поток. Я выехал из Ньюкасла и был уже примерно в миле от Обурна в самой узкой и темной части ущелья. Не отрываясь, глядел я вперед на трудно различимую во мгле дорогу, как вдруг почти под самым носом лошади заметил человеческую фигуру. Я осадил так резко, что чуть не поднял лошадь на дыбы.
- Простите, не заметил вас, сэр, - пробормотал я.
- Это неудивительно, - вежливо отозвался прохожий, подходя к моей пролетке. - А я из-за шума реки не услышал вас.
Хотя с тех пор прошло пять лет, я сразу же узнал этот голос. И, признаться, не слишком обрадовался.
- Доктор Дорримор?
- Совершенно верно. А вы - мой добрый знакомый мистер Манрич. Чрезвычайно рад нашей встрече. Чрезвычайность, - он рассмеялся, - объясняется тем, что я направляюсь туда же, куда и вы, и теперь, естественно, ожидаю вашего предложения меня подвезти.
- Буду искренне рад.
Это было не совсем правдой.
Доктор Дорримор поблагодарил меня, уселся рядом, и я снова тронул поводья. Несомненно, все это только игра воображения, но мне вспоминается, что оставшийся путь пришлось преодолевать в ледяном тумане; я ужасно продрог; дорога словно бы сделалась длиннее, а город, когда мы в него, наконец, въехали, показался мне угрюмым, мрачным и обезлюдевшим. Был только ранний вечер, но я не припомню ни одного горящего окна, ни единой живой души на улицах. Дорримор подробно рассказал мне, как и почему он тут оказался и где успел побывать за те годы, что мы не виделись. Я отчетливо запомнил сам факт рассказа, но не смог бы привести ни одного из рассказанных фактов. Он путешествовал по разным странам и вернулся - вот все, что сохранилось в моей памяти. А это мне и прежде было известно. В одном я уверен: общество этого человека так угнетало меня и вселяло такое сильное чувство тревоги, что, остановив, наконец, пролетку под фонарем "Патнем Хауса", я испытал настоящее облегчение, словно избежал какой-то мерзкой и далеко не шуточной духовной опасности.
Увы, моя радость была омрачена открытием, что доктор Дорримор остановился в той же гостинице.
| Вперед |
© Перевод - Д. Веденяпина.
Прислал Дмитрий Готовцев.
|
