|
РОБЕРТ БЛОХ
(ROBERT BLOCH)
ЛОВУШКА
Глава 1
Непрерывные статические разряды в динамиках панели связи лейтенанта Ухуры были не самой большой неприятностью, доставленной планетой Пирис-7. С орбиты "Энтерпрайза" она представлялась темным неприветливым космическим телом - кусок черного гранита, брошенный в космос безо всякой видимой цели, темный, безжизненный, - если не считать членов десантной группы, перемещенной с корабля для обычного исследования и периодических докладов. Была куда большая неприятность - отсутствие этих самых докладов. Хотя Скотти, Зулу и рядовой Джексон были знакомы со стандартной процедурой работы группы высадки. Они хорошо знали, что от любой команды, исследующей неизвестную планету, требуется ежечасный доклад.
Ухура взглянула на Кирка.
- Все еще не отзываются, сэр.
- Оставайтесь на приеме.
Он нахмурился, снова услышав треск разрядов.
- Мне это не нравится, ни звука с самого первого рапорта. Скотти и Зулу должны были выйти на связь полчаса назад.
Спок сказал:
- Возможно, им просто нечего докладывать... Хотя Пирис-7 - планета класса М, потенциально имеющая разумную жизнь, наши люди - единственное проявление жизни на планете, которое смогли уловить сенсоры.
- Все равно, Скотти и Зулу обязаны докладывать, есть ли у них что-нибудь для официального рапорта. Почему они не отвечают?
Ухура скорректировала настройку. Облегчение отразилось на ее лице.
- Связь установлена, капитан.
Кирк схватил аудио. Голос Джексона донесся сквозь разряды:
- Джексон вызывает "Энтерпрайз".
- Кирк слушает.
- Один на подъем, сэр.
- Один? Джексон, где Скотти и Зулу?
- Я готов к подъему, сэр.
- Джексон! Гос... - треск статических разрядов заглушил его слова. Ухура попыталась справиться с ними, но безуспешно.
- Прощу прощения, сэр. Я не могу наладить звук.
- Ладно, - сказал Кирк. - Сообщите в телепортационный отсек приготовиться к подъему одного члена десантной группы. Передайте доктору Мак-Кою, чтобы он явился ко мне.
- Есть, сэр.
Волнение заставило Кирка и Спока бежать к кабине лифта. Они открыли дверь в отсек телепортации, и до них донесся ровный тяжелый гул.
- Готово, сэр, - доложил техник.
- Разряд! - Гул перешел в пронзительный вой, и тут появился Мак-Кой со своим медицинским саквояжем.
- Что случилось, Джим?
- Неприятности.
Над платформой транспортера появилось сияющее облако, затем его искры сложились в фигуру рядового Джексона. Он стоял неподвижно, с лица было словно стерто всякое выражение, глаза остекленели, устремив вдаль невидящий взгляд. Гул материализации стих. Кирк подошел к платформе:
- Джексон! Что произошло? Где остальные?
Его рот шевельнулся, как будто приготовился говорить. Но Джексон ничего не сказал. Рот искривился в гримасе - и Джексон, подавшись вперед, рухнул на пол.
Встав на колени рядом с ним, Мак-Кой поднял лицо к Кирку и покачал головой.
- Он мертв, Джим.
Кирк смотрел сверху вниз на тело. Остекленевшие глаза мертвеца были по-прежнему устремлены в никуда. Затем вдруг челюсть дрогнула, рот открылся. И оттуда раздался голос, грубый, низкий, как будто из самого чрева:
- Капитан Кирк, ты слышишь меня. На твоем корабле лежит проклятие. Покинь эту планету. Здесь тебя ждет смерть.
На мгновение установилась жуткая тишина. Мертвый зев Джексона был открыт по-прежнему, но губы не шевелились.
За столом в лазарете Мак-Кой опустил голову на руки. Он не поднял ее, когда Кирк открыл дверь. Дернув плечом, он подтолкнул груду магнитных кассет, лежавших перед ним.
- Ну? - спросил Кирк.
Мак-Кой поднял пригоршню кассет. И снова уронил их на стол.
- Это доклады обо всех анализах, которые я взял. Никаких органических отклонений, ни внешних, ни внутренних.
Молчание Кирка длилось несколько мгновений. Скотти и Зулу - они все еще были внизу, на планете, которая вернула на "Энтерпрайз" мертвеца. Мертвеца, рот которого использовал тот жуткий голос.
- Но почему тогда Джексон мертв, Боунс?
- Он замерз насмерть, - ответил Мак-Кой.
Незаметно к ним присоединился Спок.
- Это выглядит неразумно, доктор, - сказал он. - Климат Пириса примерно соответствует земному средней полосы Западного полушария в период летнего солнцестояния.
Мак-Кой сказал нетерпеливо:
- Я это знаю, Спок. Но правдоподобно это или нет, Джексон умер от холода. Он был буквально стоячим мертвецом, когда материализовался в Транспортной камере.
- Он чуть не заговорил, - сказал Кирк.
- Он был мертв, я сказал! - рявкнул Мак-Кой.
- Но кто-то говорил. - Кирк медленно покачал головой. - Похоже, на этой планете гораздо больше того, что засекли наши сенсоры. Со Скотти и Зулу, временно брошенными там, внизу...
Его прервал сигнал интеркома на столе Мак-Коя. Он стукнул по переключателю.
- Кирк слушает.
Ухура с тревогой в голосе сказала:
- Сэр, мы потеряли след мистера Скотти и мистера Зулу. Сенсоры не регистрируют никаких признаков жизни на поверхности планеты. Это последний доклад мистера Фаррела.
- Это усложняет дело, - Кирк помолчал. - Благодарю, лейтенант. Передайте мистеру Фаррелу, чтобы он продолжал сенсорное сканирование. - Он отключил интерком. - Спок, Боунс, собирайтесь, мы отправляемся на поиски.
Они обнаружили туман. Серые клочья плавали вокруг, когда они материализовались в этом сумрачном мире камней, голом, пустынном. Со скалистого холма, где они материализовались, не было видно зелени - только серая равнина тумана, слои которого сдвигались, только чтобы обнажить такой же туман, камни, скалы.
- Страшновато, - сказал Кирк. - В наших данных не говорилось о тумане.
- Действительно, страшновато, - согласился с ним Спок. - Никакой воды, никаких облачных формирований, никаких флюктуаций температуры поверхности. При таких условиях тумана быть не мажет. - Он снял с плеча трикодер и начал считывать показания.
- Не мог же Джексон замерзнуть в таком климате, - сказал Мак-Кой. - И все же это произошло. Кстати, где мы?
Согласно координатам, выходило что это, то самое место, с которого был поднят Джексон, - сказал Спок.
- Показания, мистер Спок?
- Никаких следов... нет, подождите! Вижу сигнал живой формы на 14 градусах, отметка 7... дистанция 136, 16 метра, - он поднял глаза от трикодера. - Многочисленные отметки, капитан!
Изумленный Кирк щелкнул по коммутатору.
- Кирк вызывает "Энтерпрайз".
Статические разряды исказили голос Ухуры до неузнаваемости:
- "Энтерпрайз", капитан.
- Что показывают сенсоры корабля сейчас, лейтенант?
- Все, что мы видим, - физические импульсы от вас, мистера Мак-Коя и мистера Спока, сэр. Внизу нет больше ничего живого.
Разряды почти заглушили ее последние слова.
- Я едва слышу вас, лейтенант, - сказал Кирк. - Вы слышите меня?
Его коммуникатор разразился треском разрядов. Разозлившись, Кирк щелчком выключил его и засовывал в чехол на поясе, когда Мак-Кой сказал:
- Туман становится плотнее. Может, это имеет отношение к помехам.
Туман действительно становился плотнее. Он клубился вокруг них так, что они уже еле видели друг друга.
- Должно быть какое-то объяснение расхождению данных, - сказал Кирк. - Сенсоры корабля показывают нас как единственные живые формы, но трикодер Спока регистрирует многочисленные сигналы. Вы их еще видите, мистер Спок?
- Без изменений, сэр.
- Фазеры к бою, - приказал Кирк.
Затем они все услышали это - тонкий стон. Еле слышный вначале, он становился громче, пока не перешел в тоскливый печальный вопль.
- Наверное, они услышали нас, - прошептал Мак-Кой.
- Спокойно, Боунс.
Мак-Кой схватил Кирка за локоть и показал другой рукой вперед, где клубы тумана стали разгораться зеленым тошнотворным свечением.
Затем клубы сгустились, образовав три туманных лица с едва обозначенными чертами, размытых, испещренных столетиями морщинами. Короткие пушистые седые волосы обрамляли их, и пол был так же неопределим, как и черты. Одно из лиц заговорило:
- Капитан Кирк...
Его протяжный скрип был той же тональности, что и предыдущий вой.
Кирк шагнул вперед.
- Кто вы?
- Уходите... - простонал беззубый рот.
Туман размывал бестелесные лица.
- Ветер должен подняться, - простонало одно из них.
- И туман опускается...
- Смерть здесь...
Разразившись лающим смехом, лица неожиданно распались и растворились в тумане.
Спокойный, неподвижный Спок произнес:
- Наваждение, капитан. - Он опустил трикодер. - Они не содержали ни физической субстанции, ни энергии. Это могло быть что-то вроде проекции.
- Шекспир писал о проклятых кустарниках, - сказал Кирк, - и о пророчествах ведьм. Но почему они возникли перед нами? Никто из нас не собирается становиться королем Шотландским. Спок, параметры тех живых форм изменялись во время этого маленького представления?
- Они оставались без изменений, капитан.
Кирк кивнул.
- Это может быть частью ответа.
Они двинулись вперед - и резкий порыв ветра ударил им в лицо. Ветер крепчал, он должен был бы разорвать туман, но этого не произошло. Туман уплотнялся, ослепляя все больше и больше. Ветер достиг такой силы, что им пришлось повернуться спиной вперед, держась друг за друга.
- Держись! - прокричал Кирк. Это слово подействовало как заклинание - ветер мгновенно стих, так же неожиданно, как и поднялся.
Хватая ртом воздух, Мак-Кой сказал:
- Вполне реалистическое наваждение. - Он сделал глубокий долгий вдох, затем недоверчиво прошептал:
- Джим... впереди - там...
Это выглядело как мощная центральная башня средневекового замка. Она появилась перед ними, огромная, с зубцами, массивные камни ее древней кладки были выщерблены временем. Тяжелая дубовая дверь с перекладинами, обитая железом, была слегка приоткрыта. На одной из стертых ступенек, которые вели к двери, свернулся клубком гладкий черный кот с золотой цепочкой на шее. Подойдя ближе, они разглядели какой-то прозрачный кристалл, подвешенный на цепи как кулон. Поза кота говорила о том, что он кого-то дожидается. Мышь, вероятно.
Спок произнес:
- Это источник сигналов от живых форм, капитан. Они где-то внутри.
Кирк снова попытался воспользоваться коммуникатором, но статические разряды опять сорвали попытку.
Он снова засунул прибор в футляр.
- Не так ли мы потеряли связь с первой партией? - поинтересовался Мак-Кой.
- Как, Спок, этот призрачный замок имеет какую-то связь с помехами?
Вулканит склонился над трикодером.
- Я бы сказал, нет, сэр. Нет никаких явных свидетельств, что именно вызывает помехи. И замок, и кот одинаково реальны.
- Или нереальны, - сказал Кирк. - Некоторые иллюзии могут проявлять себя в плотной субстанции. Почему наши сенсоры не засекают этот замок? И не регистрируют живые формы внутри? - он поднял хмурый взгляд вверх, к стене, усеянной узкими бойницами. - Возможно, это место имеет источник силового поля, которое экранирует его от сенсоров.
- Но тогда оно бы повлияло и на трикодер Спока, не так ли? - спросил Мак-Кой.
- Так ли? Я начинаю удивляться... - тут кот мяукнул, грациозно поднялся и исчез в приоткрытой двери. Кирк задумчиво проследил за ним, казалось, погруженный в какие-то свои мысли. Затем, отбросив их, сказал:
- Ладно. Если Скотти и Зулу где-то поблизости, это и есть наиболее вероятное место. Пошли.
Держа фазеры наготове, они распахнули дверь. Какой-то писк раздался у них над головами, и туча летучих мышей вылетела из проема, так что кожистые крылья почти задевали лица.
Отступив на шаг, Мак-Кой вскрикнул:
- Что это, дьявол подери?
- Похоже, летучие мыши-вампиры, - ответил им Спок.
- Это земной вид, - заметил Кирк. Кот, крутившийся у их ног, вновь нетерпеливо мяукнул и исчез в черной глубине дверного проема.
Кирк снова задумчиво проводил его взглядом.
- Кот тоже земной. Заговор сгущается. Замки, черные коты, мыши-вампиры и ведьмы. Если бы у нас не пропало двое офицеров и один не был бы ухе мертв, я бы сказал, что кто-то устроил очень сложный розыгрыш ко Дню Всех Святых (точнее, канун Дня Всех Святых, празднуют в Америке 31 октября).
- Розыгрыш, капитан?
- Старая земная традиция, мистер Спок. Объяснения - позже.
Замок казался сложенным из огромных камней. Кот бесшумно двигался впереди Кирка, когда они вошли в холодный коридор. Было бы совсем темно, если бы не редкие факелы с пламенем, плясавшим над изъеденными ржавчиной и спутанными паутиной железными рукоятями.
- Пыль. Паутина. Точно. День Всех Святых, - сказал Мак-Кой.
Кот скользнул за углом в еще более темный угол. Когда они последовали за ним, пол под ногами провалился, и они свалились во тьму.
| Вперед |
Прислал Дмитрий Готовцев.
| 
