Edge of Dominus | Стивен Кинг - Туман

Он стоял у забора, отделявшего нас от участка Нортона, и смотрел вдоль подъездной аллеи, ведущей к нашему дому. Аллея эта, длиной около четверти мили, выходит на грунтовую дорогу, которая через три четверти мили, в свою очередь, выходит на двухрядное шоссе, называющееся Канзас-Роуд. Оттуда вы можете ехать куда угодно или по крайней мере до Бриджтона. Я взглянул в ту же сторону, куда смотрел Билли, и у меня похолодело на сердце.

- Ближе не подходи, малыш. Даже здесь уже опасно.

Билли спорить не стал.

Недалеко от того места, где стоял Билли, из травы доносилось шипение, и на первый взгляд могло показаться, что там извивается клубок змей: ведущие к нашему дому провода оборвались и лежали теперь беспорядочными витками всего в 20 футах от нас на участке выжженной травы. Изредка они лениво переворачивались и плевались искрами. Если бы пронесшийся ливень не промочил деревья и траву так основательно, дом мог бы загореться. А так на траве образовалась лишь почерневшая проплешина, где спутались провода.

- Электричество может убить человека, Пап?

- Да. Может.

- А что мы будем с ним делать?

- Ничего. Подождем машину энергокомпании.

- А когда они приедут?

- Не знаю. - У пятилетних детей вопросов бывает хоть отбавляй. - Думаю, сегодня утром у них полно забот. Хочешь пройтись со мной до конца аллеи?

Он двинулся за мной, потом остановился, с подозрением глядя на провода. Один из них вдруг выгнулся и лениво перевернулся, словно приманивая к себе.

- Пап, а электричество может пройти через землю?

Справедливый вопрос.

- Да, но не беспокойся. Электричеству нужна земля, а не ты. Все будет в порядке, если ты не станешь подходить близко к проводам.

- Земля нужна... - Пробормотал он, подбежав ко мне, и мы, взявшись за руки, пошли вдоль аллеи.

Все оказалось несколько хуже, чем я ожидал. В четырех местах на дорогу упали деревья: одно маленькое, два средних и еще одно совсем старое, толщиной, наверное, футов пять, облепленное мохом, словно гнилым корсетом.

Повсюду валялись ветки с ободранными листьями, и мы с Билли дошли до самой грунтовой дороги, отбрасывая в сторону те, что были не очень большие.

- Пап, можно я пойду к озеру?

Он устал бросать ветки, а когда ребенок устает что-то делать, единственный разумный способ занять его - это разрешить делать что-то другое. Мы вместе вернулись к дому, и оттуда Билли побежал направо, обогнув дом и упавшие провода по широкой дуге, я пошел налево к гаражу. Как я и предвидел, вдоль всего берега озера уже запели свою заунывную песню бензопилы соседей. Я залил бачок пилы бензином, снял рубашку и двинулся было к аллее, но тут, озабоченно глядя на поваленные деревья, вышла из дома Стэфф.

- Как дела?

- Справляюсь. Как дома?

- Я убрала стекла, но, Дэвид, ты должен сделать что-нибудь с березой. Дерево в гостиной будет нам мешать.

- Пожалуй, ты права, - преувеличенно серьезно сказал я.

Мы посмотрели друг на друга и расхохотались. я поставил пилу на бетонированную площадку у крыльца и поцеловал Стэфф.

- Не надо... - прошептала она. - Билли...

В тот же момент он выскочил из-за угла.

- Папа! Папа! Иди посмотри...

Стэфф заметила оборванные провода и закричала, чтобы он был осторожнее. Билли, бежавший достаточно далеко от них, остановился.

- Все в порядке, мама, - произнес он таким тоном, каким люди обычно успокаивают очень старых и глупых, и двинулся к нам, демонстрируя, что с ним действительно все в порядке.

- Не волнуйся, - сказал я Стэфф. Он предупрежден.

- Да, но людей постоянно убивает током, - возразила она. По телевизору все время предупреждают про оборванные провода... Билли, немедленно иди домой!

- Да ладно тебе, мама... Я хочу показать папе лодочный сарай. - Глаза его просто лезли из орбит от возбуждения.

- Иди домой! Эти провода опасны и...

- Папа сказал, что им нужна земля, а не я...

- Билли, не спорь со мной!

- Я сейчас приду посмотрю малыш. Ты пока беги... - я почувствовал, как напряглась Стэфф, - ... с другой стороны дома.

- Ага. Ладно.

Он пронесся мимо нас. Рубашка вылезла у него из брюк. Он скрылся за углом, и вскоре оттуда донеслось еще одно "о-о-о!", свидетельствующее о том, что он обнаружил новые следы разрушения.

- Билли знает про провода, - сказал я Стэфф, положив руки ей на плечи. - Он их боится, и это хорошо, потому что так он будет в безопасности.

По ее щеке скатилась слеза.

- Я тоже боюсь, Дэвид.

- Ну что ты. Все уже кончилось.

- Ты уверен? Зима была плохая... И поздняя весна... В городе ее называют 'черной весной', говорят, что такого в здешних местах не было с 1888 года...

"Говорят" - это наверняка имеется в виду миссис Кармоди, владелица 'Бриджтонского Антиквариата', магазинчика со всяким хламом, в который Стэфф иногда заглядывала. Билли всегда с радостью ходил с ней. Там, в глубине магазинчика, в одной из пыльных комнат "жили" чучела сов с окаймленными золотым блеском глазами, навсегда расправившие крылья и ухватившиеся лапами за полированные сучья, трио енотов, стоящих у "ручья", сделанного из длинного куска покрывшегося пылью зеркала, и даже изъеденное молью чучело застывшего в леденящем душу вечном молчаливом рыке волка, из пасти которого вместо слюны падали опилки. Миссис Кармоди уверяла, что волка еще в 1901 году застрелил ее отец, когда зверь пришел напиться у ручья Стивен-Брук.

Эти экспедиции в антикварную лавку доставляли и жене и сыну массу удовольствия. Стэфф отводила душу, перебирая стеклянные украшения, а Билли изучал "смерть во имя таксидэрмии". однако мне всегда казалось, что старуха довольно неприятным образом влияет на здравомыслие Стэфф, которая во всех других отношениях была практична и рациональна. Старухе просто удалось найти ее слабое место, "ахиллесову пяту" ее натуры.

Впрочем, в городе Стэфф оказалась не единственным человеком, кого миссис Кармоди удалось приворожить своими предсказаниями и народными рецептами (которые всегда прописывались именем божьим).

Вода из гнилого пня поможет вам избавиться от синяков под глазами, если ваш муж из тех, что после третьей рюмки распускают руки. Зиму предсказать вы сможете, сосчитав в июле количество сегментов на гусеницах или измерив толщину пчелиных сот в августе. А сейчас, боже спаси и сохрани, вновь наступила ч е р н а я в е с н а 1 8 8 8 г о д а (восклицательных знаков поставьте, сколько вам захочется). Я тоже слышал эту историю. Ее здесь любят рассказывать: если весна будет достаточно холодная, лед на реке станет черным, как гнилой зуб. Редкое, конечно, явление, но едва ли из тех, что случаются раз в столетие. Тем не менее все эту историю рассказывают, но я сомневаюсь, чтобы кто-нибудь, кроме миссис Кармоди, мог рассказывать ее с такой убедительностью.

- Была обычная плохая зима, потом поздняя весна. Теперь наступило жаркое лето. Прошла буря, но теперь все кончилось. Ты же всегда умела рассуждать здраво, Стэфф.

- Это была не обычная буря, - сказала она неожиданно хриплым голосом.

- Хорошо. Здесь я с тобой соглашусь.

Рассказ о 'черной весне' мне довелось услышать от Билла Джости, владельца и в некотором смысле управляющего 'Мобил Джости' в Каско Виллидж.

Стэфф снова с сомнением поглядела на упавшие провода.

- Когда приедут люди из энергокомпании?

- Как только смогут. Скоро. И не беспокойся о Билли. У него голова на месте. Он, может быть, иногда забывает убрать свою одежду, но, уверяю тебя, не будет бегать посреди проводов под напряжением. Он прекрасно понимает, что такое опасность. - Я коснулся пальцем уголка ее рта, и он послушно двинулся чуть вверх, рождая улыбку. - Уже лучше?

- Когда я поговорю с тобой, мне всегда становится лучше, Сказала она и от этого мне тоже стало лучше.

- Тогда пойдем осмотрим развалины.

- Для этого, - фыркнула Стэфф, печально улыбнувшись, - мне достаточно пройти в гостиную.

- Ну тогда просто доставь малышу удовольствие.

Мы двинулись вниз по каменным ступеням и только дошли до первого поворота, как навстречу нам, едва не сбив с ног, вылетел Билли.

- Ты что так носишься? - Воскликнула Стэфф, нахмурясь. Может быть, ей представилось, как он, не рассчитав, влетает в этот страшный клубок искрящихся проводов.

- Идите скорее! - Задыхаясь, закричал Билли. - Лодочный сарай раздавило! Пристань выкинуло на камни, а в бухте деревья. Черт знает что!

- Билли Дрэйтон! - негодующе прикрикнула Стэфф.

- Ой, больше не буду, мам... Идите скорее... Там... - И он снова исчез.

- "Произнеся мрачное пророчество, он удалился", - сказал я, и Стэфф рассмеялась. - Пожалуй, как только распилю деревья на дороге, я сгоняю в контору 'Энергоцентрала Мэна' на Портланд-Роуд и расскажу им, что у нас случилось, О'кей?

- О'кей. - Она обрадовалась. - Когда ты сможешь поехать?

Если не считать того большого дерева в корсете из мха, то работы было от силы на час. Но с ним я думал справиться не раньше одиннадцати.

- Тогда я принесу тебе ленч. Но ты должен будешь заехать в магазин и кое-что купить... У нас почти кончилось молоко и масло. И потом... короче, я напишу тебе список.

Обняв Стэфф за плечи, я кивнул, и тут мы дошли до угла дома. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, от чего Билли пришел в такое возбуждение.

- Боже, - слабым голосом произнесла Стэфф.

С небольшой возвышенности, где мы стояли, отлично просматривалось почти четверть мили побережья: участок Биббера слева, наш участок и участок Брэнта Нортона справа.

Огромная старая сосна, что охраняла нашу лодочную гавань, сломалась пополам. То, что осталось, торчало из земли, словно неаккуратно заточенный карандаш, и поблескивающая на изломе древесина казалась беззащитно белой по сравнению с потемневшей от времени и непогоды корой. Верхняя же половина старой сосны, около ста футов длиной, рухнула и наполовину ушла в воду в нашей мелкой бухте. Нам здорово повезло, подумал я, что наш 'Стар-Крузер' не затонул под ней: неделю назад мотор катера начал барахлить, и я отогнал его в Нэйплс, где он до сих пор терпеливо дожидался ремонта.

На другом конце нашего маленького участка берега лежали обломки лодочного сарая, раздавленного вторым деревом. Тут я увидел, что упавшее дерево росло на участке Нортона, и меня охватило негодование. Это дерево высохло еще лет пять назад и Нортону давно следовало его спилить. Теперь же оно упало само. Тонкие планки из пробитой деревом дыры разбросало ветром по всему берегу. Когда Билли сказал, что сарай "раздавило", он не сильно погрешил против истины.

- Это дерево Нортона! - Сказала Стэфф, и в голосе ее чувствовалось такое негодование, что я улыбнулся, несмотря на собственную боль в душе.

Шток с флагом упал в воду и плавал вместе с запутавшимся шнуром. Разглядывая все это, я представил себе ответ Нортона: "а ты подай на меня в суд!"

Билли забрался на волнорез, разглядывая выброшенный на камни причал, покрашенный в голубую и желтую полоски. Оглянувшись через плечо, он радостно закричал:

- Это, наверное, причал Мартинсов, Да?

- Он самый, - сказал я. - большой Билл, как насчет того, чтобы слазить в воду и выудить флаг?

- Сейчас!

Билли полез за флагом. И остановился. В тот же момент я почувствовал, как насторожилась Стэфф, и заметил причину этого сам. Весь берег со стороны Харрисона исчез под полосой тумана. Даже намека на береговую линию не было видно, но за долгие годы жизни здесь я столько раз смотрел на противоположный берег Лонг-Лэйк, что мне казалось, будто ровная, словно вычерченная по линейке полоса тумана скрыла всего несколько ярдов воды.

- Что это, папа? - крикнул Билли, стоя по колено в воде и пытаясь дотянуться до вымокшего флага.

- Туман.

- На озере? - с удивлением спросила Стэфф, и я увидел в ее глазах отблеск влияния миссис Кармоди. Черт бы побрал эту старуху!

- Ну да. Ты никогда раньше не видела тумана на озере?

- Такого никогда. Он больше похож на облако.

- Это оттого, что свет яркий, - сказал я.- то же самое можно увидеть, пролетая над облаками на самолете.

- Но откуда он взялся? Туман бывает здесь только в сырую погоду.

Я взглянул на разрушенный сарай, потом посмотрел на полосу тумана. Мне показалось, что он приблизился, но за это я бы не поручился. Если он приближался, то опровергал все законы природы, потому что ветер - легкий бриз - дул с нашей стороны. Туман был белым-белым. Единственное, с чем я мог его сравнить, это с только что выпавшим снегом, ослепительно контрастирующим с глубокой голубизной зимнего неба. Но снег всегда отражает тысячи и тысячи алмазных лучиков солнца, а этот странный яркий и чистый туман не блестел совсем. Несмотря на то, что говорила Стэфф, туман в ясные дни не такое уж редкое явление, но, когда его много, от взвешенной в воздухе влаги почти всегда возникает радуга. Сегодня радуги не было.

Снова вернулось какое-то тяжелое предчувствие, но не успело оно окрепнуть, как я услышал низкое механическое "чух-чухчух", за которым последовало едва слышное: "дьявол!" механический звук повторился, но человек смолчал. В третий раз за кашляющим звуком мотора последовало: "чтоб тебя!", произнесенное тем же тоном. Тоном человека, решившего самостоятельно справиться с трудной задачей и быстро в этом решении разочаровавшегося.

"Чух-чух-чух-чух..."

Я невольно улыбнулся. Звук хорошо разносится здесь, жужжащие бензопилы были далеко, и я без труда узнал не особенно приятный голос моего соседа, Брэнта Нортона.

Спустившись ближе к воде, я сделал вид, что просто иду к причалу, выброшенному на наш волнорез. Отсюда Нортона уже стало видно. Он стоял на усыпанной старыми сосновыми иглами прогалине у веранды, одетый в заляпанные краской джинсы и спортивную майку. Сорокадолларовая его прическа совершенно потеряла форму, а по лицу стекал пот. Стоя на одном колене, он пытался завести свою бензопилу. В глубине души я даже немного обрадовался, увидев, что на его стол, предназначенный для пикников, упала желтая береза и разломила его на две части.

Нортон снова рванул трос стартера.

"Чух-чух-чух-чух-чух-чох! чох! чох!.. чох! чух!"

Почти удалось, приятель.

Еще один рывок, достойный геркулеса.

"Чух-чух-чух".

- Скотина! - яростно прошептал Нортон, обозлившись на свою шикарную бензопилу.

Я отвернулся, чувствуя себя по-настоящему хорошо в первый раз за все утро. Моя пила завелась с первого же рывка, и я принялся за работу.

Около десяти кто-то постучал меня по плечу. Я обернулся и увидел Билли с Банкой пива в одной руке и списком, составленным Стэфф, в другой. Засунув список в задний карман джинсов, я взял у него банку пива, не то чтобы совсем ледяного, но по крайней мере холодного, и одним глотком махнул сразу половину.

- Спасибо, малыш.

- Мама что-то приписала внизу, но я не смог разобрать ее почерк, - сказал Билли.

Я достал листок из кармана. "Никак не поймаю 'Воксо'" по радио, - написала Стэфф. - Может быть, после бури они не могут выйти в эфир?"

'Воксо' - местная автоматическая станция, транслирующая рок-музыку в длинноволновом диапазоне. Станция передает из Норуэйя, что примерно милях в двадцати к северу, но это почти все, что берет наш старый слабенький приемник.

- Скажи маме: "может быть", - поручил я Билли, предварительно прочитав ему сам вопрос. - И пусть она попробует поймать Портланд на коротких волнах.

- О'кей. Пап, а мне можно будет поехать с тобой в город?

- Конечно. И тебе, и маме, если она захочет.

- О'кей! - он бросился к дому с пустой банкой в руке.

Добравшись наконец до большого дерева, я сделал первый пропил, затем заглушил пилу, чтобы дать ей немного остыть. Дерево для нее было слишком большим, но я полагал, что справлюсь, если не буду пороть горячку. Неожиданно я подумал, а расчищена ли дорога, ведущая к шоссе Канзас-Роуд, и как раз в этот момент в просвете между деревьев мелькнул оранжевый грузовик энергокомпании, видимо, направлявшийся в дальний конец нашего маленького отрезка дороги. Значит, все в порядке, и к полудню, можно надеяться, люди из энергокомпании будут у нас и займутся проводами.

Я отпилил большой кусок ствола, оттащил его к краю дороги и подумал, что было бы неплохо выпить еще пива: одна банка только растравляет душу. Затем снова взялся за пилу, но меня продолжали преследовать тревожные мысли насчет "Воксо". Именно оттуда надвигался этот странный туман. И там же был городок Шеймор, где размещался "Проект 'Стрела'".

Этот самый "Проект 'Стрела'" служил у Билла Джости одной из версий 'Черной весны'. В западной части Шеймора, недалеко от того места, где город граничит с Стонхемом, действительно находился принадлежащий правительству участок земли, обнесенный колючей проволокой. Зона охранялась часовыми.

Никто не знал, откуда, собственно, взялось название "Проект 'Стрела'", и никто не мог сказать с уверенностью, действительно ли это название проекта и ведутся ли там вообще какие нибудь работы. Однако Билл Джости утверждал, что ведутся, но, когда я спросил его, каким образом и откуда он это узнал, начал крутить: якобы его племянница работает в телефонной компании 'Континенталь' и слышит порой разные вещи. Он всегда отвечал в таком духе.

- Это все атомные дела, - сказал он как-то, дохнув на меня мощным пивным духом. - Вот этим они там и занимаются. Атомы в воздух пуляют и все такое.

- Мистер Джости, в воздухе и так полно атомов, - влез в разговор Билли. - Так сказала мисс Нири. Она говорила, что атомов везде полно.

Билл Джости уставился на моего сына долгим взглядом своих покрасневших глаз, отчего Билли в конце концов сник.

- Это совсем д р у г и е атомы, сынок.

- А-а-а, да... - пробормотал Билли, не вступая в спор.

Дик Мюллер, наш страховой агент, говорил, что "Проект 'Стрела'" - это опытная сельскохозяйственная станция, выполняющая работу правительства, не более того.

- Крупные томаты, способные плодоносить длительное время, изрек Дик глубокомысленно и вернулся к разъяснениям по поводу того, как я могу наиболее эффективным образом помочь своей семье, если умру молодым.

Миссис Кармоди... Она, пожалуй, склонялась к мнению Билла Джости: не просто атомы, а д р у г и е атомы.

Я отпилил еще два куска дерева, потом снова пришел Билли с банкой в одной руке и запиской от Стэфф в другой. Если и есть какое-нибудь дело, которое большой Билл любит больше, чем бегать с поручениями, то я просто не представляю, что это может быть.

- Спасибо, - сказал я, забирая у него пиво и записку.

- А мне можно будет глоток?

- Только один в прошлый раз ты сделал два. Я не могу тебе позволить, чтобы ты бегал пьяный в десять утра.

- Уже четверть одиннадцатого, - сказал он смущенно. Я улыбнулся в ответ: не бог весть какой юмор, но Билли так редко пытается шутить. Затем я прочитал записку. "поймала 'Джэй-Викью'", писала Стэфф. - не напивайся, пока не съездишь в город. Я разрешаю тебе еще одну банку, но до ленча это все. Как ты думаешь, дорога свободна?"

Я отдал Билли записку.

- Скажи маме, что с дорогой все в порядке, потому что я видел, как прошел грузовик энергокомпании. Скоро они доберутся и сюда.

- О'кей.

- Малыш?

- Что, пап?

- Скажи маме, что все в порядке.

Он снова улыбнулся, словно сначала повторил это про себя, сказал "О'кей" и бросился бегом к дому.

Я стоял и глядел, как мелькают подошвы его кедов. Я люблю его. Что-то есть в его лице и в том, как он смотрит на меня, отчего мне начинает казаться, что в жизни все в порядке. Конечно, это ложь: в нашем мире никогда не бывает все в порядке и никогда не было. Но мой сын дает мне возможность поверить в эту ложь.

Я отпил немного пива, осторожно поставил банку на камень и взялся за пилу. Минут через 20 кто-то легонько постучал мне по плечу, и я обернулся, ожидая снова увидеть Билли. Но оказалось, что это Брэнт Нортон, и я заглушил пилу.

Выглядел он не совсем так, как обычно. Он был потный, уставший, несчастный и немного ошарашенный.

- Привет, Брэнт, - сказал я.

Последний раз мы с ним разговаривали довольно резко, и я не знал, как сейчас себя вести. У меня сложилось забавное ощущение, что он стоял в нерешительности за моей спиной последние минут пять и старательно прочищал горло. Этим летом я его даже толком не видел. Он похудел, но выглядел не лучше обычного. Жена его умерла в прошлом ноябре. От рака, как сообщила Стэфф Агги Биббер, которая все про всех знает. В каждой округе есть такие. Из того, как Нортон обычно изводил и унижал свою жену (делая это с легкой презрительностью матадора-ветерана, всаживающего бандерильи в тело старого неуклюжего быка), я заключил, что он будет даже рад этой развязке. Если бы меня спросили, я мог бы предположить, что на следующее лето он появится под руку с девицей лет на двадцать моложе его и с глупой сальной улыбкой на лице. Но вместо глупой улыбки у него лишь прибавилось морщин, и вес сошел как-то не в тех местах, где нужно, оставив мешки, складки и наплывы. На какое-то мгновение мне захотелось отвести его на солнце, усадить рядом с упавшим деревом, дать ему в руку банку пива и сделать угольный набросок портрета.

- Привет, Дэйв, - ответил он после продолжительного неловкого молчания, показавшегося мне еще более гнетущим без треска бензопилы. Он помолчал еще, потом буркнул: - это чертово дерево. Извини. Ты был прав...

Он издал горлом какой-то странный звук. Губы его шевельнулись, словно у беззубого старика, пережевывающего даты прошлого. Секунду мне казалось, что он вот-вот заплачет беспомощно, как ребенок в песочнице, но он кое-как справился с собой, пожал плечами и отвернулся, будто бы поглядеть на отпиленные мною куски ствола.

- Послушай, Дэйв, может быть, ты одолжишь мне машину сгонять в город. я хочу купить хлеба, каких-нибудь закусок и пива. Много пива.

- Мы с Билли тоже собирались в город, - сказал я. - если хочешь, поедешь с нами. Только тебе придется помочь мне оттащить с дороги то, что осталось от дерева.

- С удовольствием.

Он ухватился за один конец ствола, но не смог даже приподнять его, и почти всю работу пришлось делать мне. В конце концов нам удалось скинуть сосну в заросли внизу. Нортон пыхтел и никак не мог отдышаться, щеки его стали совсем пунцовыми. А перед этим он еще столько раз дергал стартер своей пилы, что я начал немного беспокоиться, не случилось бы что-нибудь у него с сердцем.

Из дома вышла Стэфф, и на секунду на ее лице застыло удивление, когда она увидела, с кем я иду. Нортон улыбнулся, ползая взглядом по ее плотно облегающей грудь кофточке. Все-таки он не сильно изменился.

- Привет, Брэнт, - сказала она настороженно, и из-под ее руки тут же высунул голову Билли.

- Привет, Стэфани. Привет, Билли.

- Он поедет в город с нами.

- Наверное, на это уйдет какое-то время. Может быть, вам придется заехать в магазин в Норуэйе.

- Почему?

- Ну если в Бриджтоне нет электричества...

- Мама сказала, что все кассовые аппараты работают на электричестве, - пояснил Билли.

- Что ж, справедливо.

- Ты еще не потерял список?

Я похлопал себя по карману, и Стэфф перевела взгляд на Нортона.

- Мне было очень жаль, когда я узнала про вашу жену. Нам всем было жаль...

- Спасибо, - сказал он. - Спасибо вам.

Затем наступил еще один период неловкого молчания, который нарушил Билли.

- Мы уже можем ехать, папа? - он успел переодеться в новые джинсы и кеды.

- Да, пожалуй. Ты готов, Брэнт?

- Если можно, одно пиво на дорожку, и я готов.

Стэфф чуть нахмурилась. Она никогда не одобряла мужчин, которые водят машину, зажав между ног банку с пивом. Я едва заметно кивнул ей, и она, пожав плечами, принесла Нортону банку. Я не хотел сейчас спорить с ним.

- Благодарю, - сказал он Стэффи, даже не благодаря на самом деле, а только пробормотав это слово, словно разговаривал с официанткой в ресторане. Потом повернулся ко мне. - Вперед, Макдафф!

- Минутку, - сказал я, направляясь в гостиную.

Нортон двинулся за мной, начал охать по поводу березы, но в тот момент меня не интересовали ни его впечатления, ни стоимость нового стекла. Я смотрел в сторону озера через окно, выходящее на террасу. Ветер немного окреп, и, пока я пилил деревья, стало теплее градусов на пять. Я думал, что странный туман наверняка разойдется, но этого не произошло. Более того, он стал ближе, добравшись уже до середины озера.

- Я тоже его заметил, - изрек Нортон с важным видом. - надо думать, это какая-то температурная инверсия.

Мне это не нравилось. Никогда в жизни я не видел ничего подобного. Меня беспокоила удивительно прямая линия фронта наступающего тумана, потому что в природе не бывает таких линий: прямые грани - это изобретение человека. К тому же настораживала его ослепительная белизна, непрерывная и без влажного блеска. До тумана оставалось всего полмили, и контраст между ним и голубизной неба и озера стал еще более разительным.

- Поехали, пап! - Билли потянул меня за штанину.

Мы все вернулись в гостиную, и по пути Нортон еще раз окинул взглядом дерево, вломившееся в нашу гостиную.

- Жалко, что это не яблоня, а? - сострил Билли. - Это моя мама сказала. Здорово, да?

- Твоя мама просто прелесть, Билли, - сказал Нортон, взъерошив ему волосы машинальным жестом, и его взгляд снова вернулся к кофточке Стэфф. Нет, определенно он не тот человек, который мог бы мне понравиться.

- Послушай, а почему бы тебе не поехать с нами, Стэфф? спросил я. Сам не знаю почему, я вдруг не захотел ее оставлять.

- Нет, я, пожалуй, останусь и займусь сорняками в саду, ответила она. Взгляд ее скользнул по Нортону, потом снова перешел на меня. - Сегодня утром, похоже, я здесь единственая машина, которой не требуется электричество.

Нортон рассмеялся, слишком громко и неискренне. Я понял, что она хочет сказать, но на всякий случай попробовал еще раз.

- Ты точно не поедешь?

- Точно, - ответила она твердо. - И потом, немного упражнений мне не повредит.

- Ладно, только на солнце долго не сиди.

- Я надену соломенную шляпу. К приезду наделаю сандвичей.

- Отлично.

Она подставила щеку для поцелуя.

- Осторожнее там... на Канзас-Роуд тоже могут быть поваленные деревья.

- Буду осторожен.

- И ты тоже, - сказала она Билли и поцеловала его в щеку.

- Хорошо, мама, - он вылетел на улицу, с грохотом захлопнув дверь.

Мы с Нортоном вышли за ним.

- Может, нам отправиться к тебе и перепилить то дерево, что упало на твою машину? - спросил я, неожиданно для себя начав придумывать причину, чтобы отложить поездку в город.

- Не хочу даже смотреть на него до тех пор, пока не перекушу и не приму еще банку-другую пива, - сказал Нортон. - Что случилось, то уже случилось, Дэйв.

Мы забрались все втроем на переднее сиденье 'Скаута', и я задним ходом выехал из гаража. Под колесами захрустели сорванные бурей ветки. Стэфф стояла на бетонной дорожке, ведущей к грядкам в западном конце нашего участка. В одной руке она держала садовые ножницы, в другой тяпку. На голову она надела старую мятую панаму, и лицо ее было в тени. Я дал два коротких гудка, она помахала в ответ рукой, в которой держала ножницы, и мы выехали на дорогу.

С тех пор я ее больше не видел.

Шоссе Канзас-Роуд оказалось свободным от завалов, но в некоторых местах мы видели оборванные провода, а примерно в четверти мили за туристским лагерем 'Викки-Линн' в канаве лежал столб, у верхушки которого толстые провода спутались в какой-то дикой прическе.

- Однако нам досталось от непогоды, - сказал Нортон своим гладким, натренированным в судебных заседаниях голосом, но сейчас он не работал на публику, а просто, видимо, был озабочен.

- Да уж.

Нортон допил пиво, раздавил банку рукой и, не задумываясь, бросил ее на пол 'Cкаута'.

Билли принялся крутить ручки настройки приемника и я попросил его посмотреть, вернулись ли в эфир 'Воксо'. Он прогнал движок до конца длинноволнового диапазона, но, кроме нудного гудения, ничего не поймал, и попытался вспомнить, какие еще станции располагались по ту сторону этого странного тумана.

- Попробуй 'ВБЛМ', - сказал я.

Он прогнал движок в другую сторону, пройдя через передачи еще двух станций. Эти передавали, как обычно, но 'ВБЛМ', основная станция в Мэне, специализирующаяся на прогрессивном роке, молчала.

- Странно, - сказал я.

- Что - странно? - спросил Нортон.

- Нет, ничего. Просто мысли вслух.

Билли вернулся к одной из музыкальных станций и довольно скоро мы приехали в город.

Прачечную 'Нордж' в торговом центре закрыли, поскольку без электричества в автоматической прачечной делать нечего, но бриджтонская аптека и супермаркет 'Федерал Фудс' работали. Как всегда в середине лета, на автостоянке перед супермаркетом было полно машин, и среди них много с номерами других штатов. Тут и там на солнцепеке стояли небольшие группки людей, видимо, обсуждали бурю, женщины с женщинами, мужчины с мужчинами.

Я заметил миссис Кармоди, повелительницу чучел и проповедницу воды из трухлявого пня. Одетая в ослепительный канареечного цвета брючный костюм, она вплыла в двери супермаркета. Сумка, похожая скорее на чемодан, висела у нее через руку. Потом какой-то идиот в джинсовой куртке, зеркальных очках и без шлема пронесся мимо меня на 'Ямахе', едва не задев передний бампер.

- Глупая скотина! - прорычал Нортон.

Я объехал стоянку по кругу, подыскивая место получше. Мест не было, и я уже совсем было решился на долгую прогулку пешком из дальнего конца стоянки, когда мне повезло: из ряда, ближайшего ко входу в супермаркет, начал выбираться 'Кадиллак' размером с автобус.как только он освободил место, я мгновенно его занял.

Список покупок я вручил Билли. Хотя ему всего пять, он умеет читать печатные буквы.

- Бери тележку и начинай. Я попробую позвонить маме. Мистер Нортон тебе поможет. Я скоро.

Мы выбрались из машины, и Билли сразу же схватил Нортона за руку. Мы давным-давно приучили его не ходить по автостоянке без взрослых и он до сих пор не забыл этого. Нортон сначала удивился, но потом улыбнулся, и я почти простил ему то, как он ощупывал глазами Стэфф.

Я двинулся к телефону, что находился между аптекой и прачечной. какая-то, видимо, изнемогающая от жары женщина в фиолетовом купальнике стояла у телефона и непрерывно дергала за рычаг. остановившись за ее спиной, я сунул руки в карманы, размышляя, почему я так волнуюсь за Стэфф и почему это волнение связано как-то с линией белого матового тумана, замолчавшими радиостанциями и "Проектом 'Стрела'".

Женщина с обгоревшими, покрытыми веснушками полными плечами выглядела, как вспотевший оранжевый ребенок. Она швырнула трубку на рычаг, повернулась к аптеке и тут заметила меня.

- Не тратьте деньги. Одно только "ту-ту-ту", - сказала она раздраженно и пошла прочь.

Я чуть не хлопнул себя по лбу. конечно же, где-нибудь оборвало и телефонные провода. Часть из них проложена под землей, но ведь далеко не все. На всякий случай я попробовал позвонить. Телефоны-автоматы в здешних местах из тех, что Стэффи называет "параноидными". Вместо того, чтобы сразу опустить туда 10 центов, вы сначала слышите гудок, потом набираете номер. Когда кто-то отвечает, телефон автоматически отключает звук, и вы должны срочно, пока там не повесили трубку, запихнуть свою монету. Это раздражает, но в тот день я действительно сэкономил десять центов. как сказала дама в купальнике, только "ту-туту".

Толкнув дверь, я вошел в магазин и первым делом заметил, что кондиционеры не работают. Летом их включают так, что, если пробудешь в магазине больше часа, наверняка что-нибудь себе отморозишь.

Как все современные супермаркеты, 'Федерал' больше всего напоминает лабиринт, где волей современной техники торговли все покупатели превращаются в подопытных белых крыс. То, что вам действительно нужно, например, такие продукты, как хлеб, мясо, пиво, замороженные обеды, - все это находится в самом дальнем конце магазина, и, чтобы попасть туда, вам нужно пройти мимо того, что покупается под влиянием момента, мимо всех "ненужных" предметов, начиная от зажигалок и кончая резиновыми костями для собак.

Я двинулся вдоль стеллажей, потом свернул налево и нашел своих только в третьем проходе, где Билли остановился в задумчивости перед упаковками желе и концентрата для пудинга. Нортон стоял у него за спиной, заглядывая в список в таком замешательстве, что я невольно улыбнулся.

Я стал пробираться к ним мимо наполовину загруженных тележек (очевидно, Стэфф была не единственной, у кого сработал "беличий инстинкт") и обирающих стеллажи покупателей. Нортон выбрал две банки начинки для пирога и положил их в тележку.

- Как успехи? - спросил я, и Нортон оглянулся с видом явного облегчения.

- Все в порядке, да, Билли?

- Конечно, - сказал Билли и, не удержавшись, добавил довольно ехидным тоном: - правда здесь записано еще много такого, что мистер Нортон тоже не смог разобрать.

Возле каждого пункта, что они с Билли выполнили, Нортон поставил по-адвокатски аккуратную галочку - примерно с полдюжины, включая молоко и упаковку 'Кока-Колы'. Оставалось еще с десяток различных продуктов.

- Придется нам вернуться во 'Фрукты и Овощи', - сказал я. маме нужны помидоры и огурцы.

Билли принялся разворачивать тележку, когда Нортон сказал:

- Ты лучше посмотри, какая там очередь, Дэйв.

Я пошел смотреть. Такое можно иногда увидеть лишь в газете на фотографии с какой-нибудь забавной надписью в дни, когда им больше нечего печатать. Работали только две кассы, и двойная очередь людей с покупками тянулась мимо почти опустевших хлебных стеллажей , загибалась вправо и исчезала из вида за рефрижераторами с замороженными продуктами. Новенькие компьютеризированные кассовые аппараты стояли под чехлами, а на контроле две уже измучившиеся девушки подсчитывали стоимость покупок на батареечных калькуляторах. Рядом с ними стояли двое служащих супермаркета, Бэд Браун и Олли Викс. Олли мне всегда нравился больше чем Бэд, который, как мне кажется, считал себя неким Шарлем Де Голлем мира универмагов.

Когда каждая из девушек заканчивала подсчет, Бэд или Олли подкалывали листки с суммой к банкнотам или чекам покупателей и бросали их в специальный ящик. Все четверо, похоже, взмокли и устали.

- Надеюсь, ты захватил с собой хорошую книгу, - сказал Нортон, присоединяясь ко мне. - мы, видимо, долго простоим.

Я вновь подумал о Стэфф, оставшейся дома в одиночестве, и опять испытал какое-то неуютное чувство.

- Ты говорил с мамой? - потянул меня Билли за рубашку.

- Нет, - солгал я. В действительности я волновался, сам не понимая, почему. - Нет, конечно. А ты?

- Не-е-е... - Но он тоже волновался, и по его лицу это было заметно.

Нам следовало бы ехать домой сразу. Но даже тогда, может быть, уже было поздно.