|
СТИВЕН КИНГ
(STEPHEN KING)
КРОССОВКИ
Глава 2
Примерно через неделю Телл увидел кроссовки снова. Он отметил только, что кроссовки того же парня, потому что они были на том же месте - под дверью кабинки номер один. Нечего было и сомневаться, что это те же самые кроссовки - белый (когда-то) верх с въевшейся между рубчиками грязью. Он заметил пропущенное ушко и подумал: "Ты, наверно, во сне их шнуровал, приятель". Затем проследовал к третьей кабинке (которую почему-то считал "своей"). На обратном пути он опять взглянул на кроссовки и заметил странную вещь: на одной из них лежала дохлая муха. Она лежала на закругленном носке левой туфли, той, что с пропущенным ушком, задрав кверху маленькие лапки.
Когда он вернулся в студию "Е", Дженнингс сидел за пультом, обхватив голову руками.
- Все в порядке, Пол?
- Нет.
- В чем дело?
- Во мне. Моей карьере конец. Я вымотан. Мне восемьдесят шесть. Пора на помойку.
- О чем ты говоришь? - Телл оглянулся в поисках Джорджи Ронклера и нигде его не увидел. Он ничуть не удивился. У Дженнингса периодически бывали депрессии, и Джорджи в этих случаях всегда уходил. Он утверждал, что карма не позволяет ему иметь дело с сильными эмоциями.
- Я плачу даже на открытии универсама, - говорил Джорджи.
- Из свиного уха не сшить шелкового кошелька, - сказал Дженнингс. Он показал кулаком на стеклянную стенку между кабиной звукорежиссера и исполнительской студией. Он походил на нациста, делающего "хайль Гитлер". - Из этих свиней точно не сошьешь.
- Повеселее, - ободрил его Телл, хотя знал, что Дженнингс совершенно прав. "Мертвые ритмы" - четверо скучных скотов и одна скучная сучка - были по-человечески отвратительны и профессионально некомпетентны. - Сам повеселись, - сказал Дженнингс, показывая ему палец.
- Темперамента не хватает, - сказал Телл. Дженнингс посмотрел на него и хмыкнул. Потом они оба стали смеяться. А через пять минут увлеченно работали.
Через неделю запись - какова ни была - закончилась. Телл попросил у Дженнингса рекомендацию и копию пленки.
- Ладно, но знай, что ты не имеешь права никому ее играть, пока не выйдет альбом, - сказал Дженнингс.
- Я знаю.
- А зачем она тебе, ей-Богу, не пойму. По сравнению с этими типами "Гуляющие под дулом". звучат, как "Битлы".
- Слушай, Пол, это не было настолько уж плохо. А если и было, то сплыло.
Тот улыбнулся:
- Да. Если подвернется работенка, я тебе позвоню.
- Это было бы классно.
Они обменялись рукопожатиями. Телл вышел из здания, когда-то называвшегося Мьюзик-сити, и мысль о кроссовках под дверью первой кабинки мужского туалета больше никогда его не посещала.
Назад | Вперед
© Перевод Б. Любарцева
Взято с сайта Сергея Тихоненко.
См. также: cайт Сергея Тихоненко.
| 
