|
ЮЛИЯ КУРОВА
МОЙ Я
Я не знаю, почему им кажется мрачной музыка, которую я слушаю. И почему выглядит ненормальным то, что я делаю для души.
Почему моя внутренняя гармония кажется им такой дисгармоничной?
Я несу в себе противоречия. Но они так логичны для меня самого.
Они боятся и избегают холода, ливней, темноты, тяжести на сердце. Зачем? Видимо, мне уже было - холодно, страшно, больно и трудно, в такой степени, что остальное не в счет. И наоборот - я был в таких теплых, лучезарных и счастливых местах, что они осели на мне золотой пылью, кольчугой, в которой я могу теперь спуститься хоть в преисподнюю, если она существует, - из простого любопытства. И это не принесет мне вреда. И еще - возможно, в бездонной глубине моей души сыро, холодно, пустынно, и все, что производит подобное впечатление, для меня - родная стихия. Скорее всего, верно и первое, и второе, и третье.
Как я веселюсь? Развлекаюсь? Радуюсь? Наслаждаюсь? Я включаю кассету и неподвижно сижу в своем углу. А с ними истерика. Им кажется: идиотский, угнетающий текст положен на бездарную, тягостную мелодию, вроде похоронной. А то, что я застываю, глядя на колонки и думая о своем, и не ем, не сплю, не говорю, кажется им болезнью.
Менее всего они склонны предоставить мне свободу быть собой.
Я всегда жил в жестяной банке Дома, обернутой в металлическую фольгу Города, переложенную стекловатой дорогих витрин. Дикому воздуху сюда просто не проникнуть. Поэтому здесь есть я. Я - вместо него.
Я язычник. Все здания города не имеют для меня никакого смысла - образовательные учреждения, церкви, торговые центры, правительственные апартаменты, жилые клетки, откуда выглядывают лица других людей - на них такие одинаковые выражения.
Для меня важна только одна комнатушка в городе. Не моя. Ее.
Я уверен, что она похожа на меня и не видит стен своего дома. Когда она просыпается в ворохе прелых листьев, она встает и идет по росистому мху. Она не поворачивает вентиль крана - она черпает воду ладонью из горного источника.
И силы природы давно рассказали нам друг о друге так много, так реально дали почувствовать на расстоянии тела друг друга, что встреча в этом - всеобщем - мире превратилась в простую формальность. Которую ни ей, ни мне уже не хочется выполнять.
Я язычник. Я учусь у своих мыслей. Верю в своих богов. Питаюсь своей безымянной удачей. Пью свое неизбежное одиночество. Подчиняюсь своей интуиции, своим странным желаниям. Живу в себе. И пока я сижу в углу - я в пути. Ночью будет гроза - мне туда.
Я включаю кассету.
К О Н Е Ц
© - Юлия Курова.
Размещено на сайте с разрешения автора.
|
