Магия

Глава 1

Я ступаю по брусчатке из красного и розового камня, между зданий, белых как кость. Я ступаю бесшумно, и беззвучен город вокруг меня. Его улицы пусты, здесь нет ничего живого - даже растений - лишь мрамор. Узкие улочки, маленькие площади и тупики.

Я знаю, что город стоит у моря, но не слышу шума волн.

Я иду к набережной и по пути захожу в дома - они покинуты, их обитатели не оставили после себя ничего. Пустые комнаты с высокими потолками, столы из камня, заполненные пылью фонтанчики. Ни книг, ни пищи, ни игрушек. Кое-где на стенах я замечаю рисунки - грубые очертания и каракули, нанесенные черным. Похоже, их рисовали дети.

Я поднимаюсь на высокое здание и оглядываюсь - моря больше нет, есть белый песок - до самого горизонта. Над одинокими башнями вдалеке кружатся черные точки. Их нельзя рассмотреть отсюда, но я знаю - это не птицы.

Город оканчивается террасой, с которой видна пустыня и два огромных маяка, все еще возвышающихся над ней. В песок уходят огромные лестницы, как когда-то они уходили в воду. По одной из них я спускаюсь вниз.

На середине лестницы я чувствую изменение в окружающем воздухе и оглядываюсь. Черные точки больше не кружатся над башнями - они суетятся, сворачиваясь и разворачиваясь в подобие роя. Я наблюдаю за ними - на моих глазах они сбиваются в плотную стаю и летят ко мне. Я бегу вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

Лестница заканчивается площадью из каменных глыб, наполовину засыпанной песком. Я без труда нахожу ту, что нужна мне - грубый несимметричный пятиугольник - и оглядываюсь на своих преследователей.

Они уже совсем близко. Они летят со страшной скоростью, хотя у них нет, и никогда не было крыльев. Теперь я могу их хорошо рассмотреть. Я жду, и когда первый из них пересекает край площади, я поднимаю песчаный вихрь у них на пути, а затем делаю пять шагов внутри камня в известном мне порядке.

Что-то хватает меня за плечо, а потом белый свет в мох глазах сменяется желтым. Здесь нет ни песка, ни города, и я стряхиваю на ковер из листьев маленькую детскую ручку со сморщенной кожей - все, что осталось от преследователя...

 

* * *

 

Глава 2

Я стою под страшно искривленным деревом со многими стволами, переплетенными между собой. Оно давно засохло, но колья, вбитые в него на высоте моего роста, уже пустили зеленые побеги.

Осень, и холодный ветер дует в лесу, но не касается меня, и я чувствую - место, нужное мне, недалеко. Я подбираю ручку и аккуратно прячу, а потом солнце указывает мне путь.

Я иду долго, до самого вечера, я наблюдаю за птицами и рассматриваю облака, а когда я останавливаюсь попить из ручейка, какой-то зверь из кустов рассматривает меня. Я прихожу к курганам вместе с темнотой.

Это холмы, на них растет только трава. Я ищу один из них - странной формы, с покрытыми мхом развалинами у основания. Когда-то это был склеп, и я отваливаю плиту, закрывающую вход, и спускаюсь вниз по скользким ступеням. Здесь темно, но мне это не мешает. Я иду по древним каменным тоннелям, в которые корни деревьев пробиваются откуда-то сверху, потом по узким пещерам, пробитым водой. Они петляют, но мой ориентир зовет меня сквозь камень и толщу земли.

Я спускаюсь все ниже и ниже. Нерукотворные пещеры снова сменяются каменной кладкой, я иду через высокие залы и комнаты, пустые и заполненные странными предметами, по узким мостикам над бездонными провалами, никогда не знавшими света. Обитатели этого места не видят меня, но чувствуют, и их голодный крик еще долго преследует меня в темноте.

Я выхожу ко дворцу - центру этой подземной вселенной, висящему над бездной и водой. Зрением, которое не зрение, я вижу его нечеловеческую красоту, его неправильные своды и незаконченные стены. К нему ведут девять узких стен, и я иду по гребню одной из них.

Во дворце нет входа - только печать, извилистый шрам на стене. Я дотрагиваюсь до печати и чувствую отзвук мысли того, кто внутри - ждет, заключенный в своем дворце. Частицу подслушанной мысли я обращаю в символ, и чувствую, как он кровавыми каплями проступает у меня на ладони.

Ниже, во внутреннем дворике, странные слепые существа исполняют свою мистерию. Одно из них умирает под каменными клинками, а потом восстает из мертвых, и они приветствуют его беззвучным пением. Незамеченный, я наблюдаю за ними, пока их действо не заканчивается, и они не уходят в озеро. Потом я спускаюсь во дворик.

Здесь, среди плит зияют широкие пасти колодцев - темных настолько, что даже я не вижу в них ничего.

Я произношу известное мне Слово и ступаю в самый черный из них.

Я падаю сквозь изначальную тьму и чувствую на себе взгляд Создателей, и отворачиваюсь, чтобы случайно не взглянуть им в лицо...

 

* * *

 

Глава 3

Я стою перед собором из синего металла, на краю колодца, наглухо закрытого железной крышкой. Собор окружен движущимися машинами, большими и маленькими. Они могут видеть меня, но не считают настоящим, и занимаются своими делами.

Это место покрыто металлом до самого горизонта, и здесь нет ничего, кроме механизмов - уже не мертвых, но еще не живых. Высоко в небе, среди редких звезд мерцают разрозненные вспышки, мерцают успокаивающе, но я знаю - там умирают.

Я вхожу в собор, и глаза того, кто внутри, поворачиваются вслед за мной.

Он молчит, пока я иду через центральный предел, он молчит, пока я рассматриваю непонятные мне движущиеся фрески под куполом, он молчит, пока я рассматриваю его реликвию - кусок металла над плоским черным алтарем, неуловимо напоминающий плоть.

Потом на алтаре появляется знак...

- "Кто ты?" - спрашивает он безмолвно.

- Я пришел дать тебе то, что ты ищешь - отвечаю я, и чувствую, как замирает движение механизмов вокруг собора.

- "Да?" - знак изгибается саркастически - "Тысячи подобных тебе и иных умирали и рождались в моих недрах. Ни один из них не знал. Откуда можешь знать ты?"

- Ни один из них не мог знать. Ты ищешь формулу. Она не годится для человека, и у людей ее нет.

- "Да!" - знак вспыхивает яростью - "Но только у живых есть... результат."

- Им он дан извне. Тебе же нужно его... заслужить.

- "Как? Все мои вычисления не говорят - как?"

- Ты знаешь. Ты должен стать большим, чем ты есть. Иным.

- "Как? Мне нужна конкретная формула. Что я должен изменить в себе?"

- Ты должен престать быть... Ты должен умереть, а потом родиться.

Молчание. Знак пропадает, я смотрю на темный алтарь. Через несколько ударов сердца он появляется снова.

- "Как ты вошел?"

- Через колодец.

- "Он работает? Я не мог его использовать."

- Ты - механизм.

- "Ты хочешь меня уничтожить."

- Нет, я преследую собственные цели. Скоро я уйду.

- "Почему я должен... умереть?"

- Потому, что ты никогда не рождался. Потому что таков путь всех неживых. Механизмы так не поступают. Ты - можешь.

- "А если ты лжешь?"

- А зачем тебе существовать без цели?

- "Если я убью себя,... то я буду жить вечно?"

- Нет. Но ты будешь... одушевлен.

- "Как я могу тебе верить?"

- Как металл может бояться смерти? Ты знаешь, каким путем я пришел - так сделай выводы... и действуй, как ты желаешь.

Знак снова растворяется. Я жду, и он вспыхивает ярко-ярко:

- "Прощай..."

Я прыгаю через алтарь и срываю реликвию в тот момент, когда он рождается в страшном пламени, освобожденном глубоко под собором, и я делаю шаг и ухожу из этого мира сквозь огонь, забирая его душу в куске металла...

 

* * *

 

Глава 4

... Это опять лес. Огромные деревья вокруг стоят слишком близко и душат друг друга. Их низкие ветки вплетаются в странную конструкцию, в которой я нахожусь - подобие клетки из тоненьких прутиков, со множеством торчащих вовнутрь и наружу острых концов, покрытых кровью - звериной и не только. В их сложных перекрестьях и изгибах угадываются знаки и имена, которые мне неприятны - поэтому я просто ломаю несколько веточек, и клетка оседает грудой мусора.

Что-то шелестит и бегает невдалеке, подчиняясь давно обессмыслившимся приказам. Я иду по долине, заросшей уродливым лесом, и ищу его хозяйку. Ее нет рядом, но она была здесь - в массе гнилых листьев на земле остались ее следы, и в норах под деревьями прячутся не живые существа, но бесформенные создания боли и магии. Долина имеет форму неправильного шестиугольника, и в каждом ее углу начинается узкий овраг. В том из них, в котором следы ведьмы менее заметны, я сажусь на землю и жду. Темнеет, и странные твари появляются из отверстий в стенах оврага, но ни одна из них не может подойти ко мне.

Она приходит в полночь, и о ее приближении я узнаю заранее - по суете совсем маленьких бесформенных существ на краю поляны. Они двигаются в беспорядке, копошатся, наваливаются друг на друга, напоминая огромный муравейник - пока нечто не встает неуклюже из их копошения, и не делает несколько шагов ко мне.

Голос ведьмы состоит из скрежета и скрипов - так могло бы говорить горло из одних ногтей:

- Ты сломал мой лучший круг...

Я молча жду. Она смотрит на меня отсутствием глаз.

- ... Мой лучший. Нет твари из плоти, что могла бы выйти из него, не потеряв разум... Зачем ты приходишь искушать меня?

- Я беру у тебя то, что мне нужно, и ухожу... Разве это искушение?

- Да, ты знаешь что да... ты искушаешь меня силой, которая не моя... Которая может быть моей...

- Не может,... ты слишком привязана к жизни...

Она трясется и издает звук, похожий на пение сверчка.

- Да ты знаешь сам, о чем говоришь?! Знаешь ли ты, как глубоко я познала смерть... и как глубоко смерть познала меня?

- Знаю ли я... что тело твое давно мертво, и похоронено? Знаю ли я, что ты призвала в свое мертвое чрево, и какие черви грызли сердце твое в земле? Знаю ли я, что первым вышло из твоей мертвой плоти, и что вторым? Или, может показать тебе, где ты себя похоронила?

- Замолчи!

- Твари вокруг нас - твои дети и не слышат...

- Замолчи... все равно. Да, ты знаешь как... но не знаешь зачем и почему. И я не скажу тебе... Ты чужой... но ты и искушение, потому что я не понимаю.

- И выпив мою кровь, и съев мою плоть - не поймешь...

- Я знаю.

Снова смеется сверчок.

- Но если мой круг сможет сдержать тебя... когда-нибудь... я все равно попробую.

- Как ты захочешь... У тебя есть?

- То, что тебе нужно? Конечно. Круги-В-Земле никогда не пустеют. Пока для них мало других дел.

Она протягивает мне белый кожистый кокон, и я прячу его.

- Ты не говоришь, зачем тебе они тебе...

- А ты до сих пор не спрашивала... Не спрашивай и дальше. За это я подарю тебе... вот.

Я бросаю ей детскую ручку. Она ловит ее бесформенной конечностью и, похоже, обнюхивает.

- Это... издалека. Это... совсем чужое, хотя и похоже на то, что умею я. Так... странно.

Благодарю...

Она отступает под нависающие ветви и рассыпается на сотни подвижных частей, которые тут же разбегаются в стороны. Я ловлю одну из них и рассматриваю в узком лунном луче.

Маленькое перекрученное тельце с парой отростков. Головы нет, глаз и рта тоже. Я не могу определить даже приблизительно принадлежность плоти, из которой создан этот кадавр. Я отпускаю его бежать в темноту и иду следом - туда, где собираются ему подобные, возле россыпи камней в тупиковом отростке оврага, где все стены изрыты сотнями узких ходов.

Там, на плоском камне, я рисую знак, заставляющий задрожать ночной воздух. Стены вокруг меня выплескивают потоки существ, те сталкиваются и кружатся в черном водовороте, а потом застывают, когда я поворачиваю камень вокруг оси. Их объединившиеся тела образуют сложную конструкцию, в глубину которой я и направляюсь. Я иду по узкому проходу, и в определенный момент под моими ногами вместо хрупких оболочек начинает скрипеть песок...

 

* * *

 

Глава 5

... Я поднимаюсь из темноты к свету по утратившим форму ступенькам. Ветер дует мне в спину - из подземелий наверх, и я знаю, что с моим приходом в Городе Колонн начинается песчаная буря.

Песок несется между обелисками и минаретами, за тысячи лет оплывшими как свечки, между мириадов колонн, образующих подобие гребенки. Ветер свистит и скрипит, и я знаю, что в этих звуках есть определенный смысл,... но моя цель зовет меня, и я иду по городу, похожему на лес, и ищу нужное мне место - особенное сочетание обелисков. Я знаю, что мое прибытие в город пробудило его хранителя - но он слишком долго спал, и сейчас не торопится. Я чувствую движение его мысли и бегу... он не страшен мне, но может помешать... среди мелькающих колонн я ищу особенные... запомненные очень хорошо.

От резьбы на их боках не осталось даже следов, они стоят чуть отдельно от остальных, образуя свою, маленькую группу. Несколько повалены, несколько переломлены или разбиты - но для меня это не имеет значения. Песок между ними выглажен ветром и нетронут. Несколько ударов сердца я просто стою у самой крайней колонны. Этого момента я ждал долго, и то, что сейчас произойдет, потребует почти всех моих сил. Хранитель города чувствует мои мысли и начинает шевелиться - но он не успеет.

Обломком камня я переношу на песок символ, кровью отпечатанный у меня на ладони. Буря усиливается, но ветер не может повредить этим очертаниям. Я становлюсь внутрь, и замыкаю его реликвией, содержащей душу не созданную, но рожденную. Символ вокруг медленно оживает, его очертания изменяются, впиваясь в песок. Он преобразует себя в другие знаки,... многие из них я не знаю, но спешу запомнить. Я слышу рев Хранителя, когда Знак начинает изменять город. Буря смыкается вокруг,... а потом песчаные стены просто исчезают.

Я стою в центре островка колонн, вырванного из пространства Города и падающего с непредставимой скоростью сквозь пустоту... сквозь отсутствие пространства с движущимися в нем формами и очертаниями. Это падение может длиться вечность, но я ищу среди окружающих форм одну, представляющуюся мне стеной из черного стекла без конца и начала. Мой остров разворачивается, и часть его бесследно исчезает от соприкосновения с черным стеклом - зато теперь я могу дотронуться до него. Страшная скорость падения ранит мне пальцы, и моя кровь становится тоненьким мостиком между мной и сверкающим мраком. А затем я чувствую взгляд.

Взгляд, гораздо более интимный, чем прикосновение...

- "Ты нашел меня" - говорит она в моей крови, каждым словом зажигая там мириады солнц. - "Ты нашел меня очень быстро."

- Да - отвечаю я - Хотя и способом, которым нельзя будет воспользоваться во второй раз.

- "Неважно. Теперь я знаю, что это возможно... Ты знаешь... я ждала недолго, я готова была ждать гораздо дольше... но если бы ты не пришел... я была готова покинуть все Пути..."

- Нет. Способы есть еще. Если мы можем говорить - значит, я могу вырвать тебя оттуда... Нужно только время... и знания.

- "Да... Я вижу, что ты сделал, и могу... нечто похожее, но ты пробудил стражей, и они уже совсем близко..."

Я роняю каплю крови на кожистый кокон, взятый у ведьмы, и бросаю его через плечо, во мрак.

- Я обману стражу... их уведет от меня мертвое существо с моим запахом. Оно умеет только бежать... оно сбежит в мир мертвых, а они последуют за ним.

- "Так неправильно... почему нам нужно разрушать миры... чтобы просто поговорить.?"

- Потому что... ты не знаешь и я не знаю, но мы можем это исправить. Мы можем быть вместе...

- "В пустоте и мелькании за порогом пространства...?"

- Пусть даже и так - все равно лучше, чем сейчас. И на костях зверя Мира нам... нам нечего терять.

- "Кроме друг друга. Прости, мне просто нужно было слышать это... от тебя. В следующий раз - я сама разыщу тебя. Я..."

Пуповина из крови рвется беззвучно. Я чувствую угасающий взгляд из-за стекла, но островок начинает вращаться, теряя куски, и его падение становится неконтролируемым. Странные формы из пустоты придвигаются ближе. Мой остров падает в чрево одной из них, похожее на черную звезду.

Я беру реликвию в руки, становлюсь в разрыв символа и замыкаю его на себя. Он вздрагивает... его острые линии впиваются мне в кости... но я изменяю его, и месте с ним окружающее пространство. Островок взрывается, превращаясь в облако пыли...

 

* * *

 

Глава 6

...Я стою в узком пространстве между красных бархатных штор. Паркет вокруг усыпан пеплом - пеплом, в котором все еще угадываются очертания символа. Я стираю их, и иду на звуки - крики и пение - доносящиеся из-за штор.

Там несколько человек в красных балахонах и масках неумело убивают черного козла. Круги и знаки, начерченные вокруг них, не имеют никакой силы, но кровь - имеет. Когда я подхожу ближе, в одного из них вселяется душа кота, распятого на алтаре, и он начинает выть и мяукать, а остальные слушают его в экстазе. К выходу я прохожу незамеченным.

Возле двери ждут несколько женщин в белых балахонах и с мятыми лицами. Я киваю одной из них, и она идет за мной.

Мы идем по улице, и она все время пытается забежать вперед и заглянуть мне в лицо, а прохожие оглядываются на ее одежду.

- Я не видела, как вы вошли - наконец решается она.

- Я не входил.

- Мессир! - я подхватываю ее под локоть, чтобы не дать упасть на колени.

- Молчи. Люди, от которых мы ушли - шуты и лжецы. Тебе с ними не место.

Я протягиваю ей реликвию - металл, похожий на мясо.

- Возьми это и уезжай. Далеко. Делай что хочешь... но когда у тебя появится ребенок - заботься о нем хорошо.

- О Мессир - она смотрит на меня со слезами на глазах - Скажите, это будет Он? Антихрист? Дитя зверя, чей знак...

- Нет, что ты... Он, или она,... будет математиком.

Я ухожу, оставляя ее посреди улицы, прижимающей мой подарок к груди. Я иду по незнакомому городу, рассматривая здания и людей. Он выглядит знакомым, но я никогда в нем не был. Я слышу запах цветов, и я сажусь за столик под тентом, и официант приносит мне кофе, хотя я ничего не успел заказать. Я делаю вид что пью его, рассматриваю ажурную конструкцию из металла, возвышающуюся над городом, и думаю - о том, чего я не успел, и о том, что мне еще нужно сделать.

Все правильно - у меня есть цель, до которой очень далеко, но она так прекрасна, что хочется кричать и смеяться.

И я улыбаюсь, а потом смотрю на солнце и жмурюсь.

И поправляю маску из мягкого пластика, заменяющую мне человеческое лицо...

 

К О Н Е Ц

 

© - Иван Константинов (ahelladar[at]mail[dot]ru), март 2002.
Размещено на сайте с разрешения автора.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Реклама

Рейтинг@Mail.ru

 

© Dominus & Co. at XXXIII-XLXIII A.S.
 18+